Российский рынок электронной торговли переживает перелом бизнес-модели: маркетплейсы переходят от агрессивного роста к фазе монетизации, что радикально меняет условия работы продавцов. Селлерам придется искать новые методы работы, главным из которых может стать прямые продажи. О будущем российского e-com Forbes рассказал основатель компании eCompass Capital и бывший топ-менеджер «Яндекса» и «Сбера» Евгений Щепелин.
Какие слова теперь нельзя использовать в рекламе, и почему брендам не нужно паниковать. Редактор Demis Group, Любовь Ежкова, рассказывает, как адаптироваться к грядущей редакционной действительности без потери качества материалов.
Пользователи чувствуют усталость от трендов, информационного шума и навязываемой идеальности — теперь они ставят в приоритет собственный комфорт и фокусируются на внутреннем мире. И именно ностальгия помогает людям найти свой островок безопасности, вспомнить себя настоящих — без масок и погони за модой.
Walmart впервые раскрыл коммерческий эффект своего ИИ-помощника Sparky: покупатели, которые им пользуются, тратят на треть больше остальных. Walmart заявляет о переходе от товарного поиска к «коммерции по намерению» — когда ИИ продает не товар, а решение задачи.
Поведение пользователей, новые технологии и более качественные данные будут подпитывать рост рынка мобильных приложений в 2026 году. Таков главный вывод из доклада Mobile app trends 2026 edition, подготовленного международной компанией аналитики мобильного маркетинга Adjust.
В условиях меняющегося рынка PR‑стратегии переживают существенную эволюцию. Как адаптируются компании, какие инструменты становятся ключевыми и как доказать эффективность коммуникаций — разбираем на основе экспертного мнения Нины Зинченко, совладельца коммуникационного агентства 2L.
Бывший топ-менеджер GroupM судится с WPP на $100 млн, обвиняя крупнейшего мирового закупщика рекламы в присвоении скидок, которые полагались клиентам. В ходе процесса в открытый доступ впервые попали внутренние данные агентства — и они показывают, что «собственный медиапродукт», на котором GroupM зарабатывала около $1 млрд в год, клиентам был фактически не нужен.