Завоевать кофейный рынок: как BERNIN Coffee Roasters нашли свой стиль, а Booker Coffee — своих людей

Российский кофейный рынок перегрет: около 800 обжарщиков по стране и десятки кофеен в каждом городе. Как выделиться здесь, не притворяясь экспертом в белом халате, и собрать вокруг бренда фанатов, а не просто покупателей? О чём говорим: хулиганская айдентика и нейминг, «читерский» кофе и кофехантинг, факап с упаковкой, ставший хайпом, и кофейня-библиотека, которая выросла в комьюнити.

В новом выпуске подкаста «Маркетинг и реальность»:

Смотреть выпуск подкаста на платформе Mave Stream.

Информационный партнёр подкаста — Adpass: профильное медиа для специалистов рекламного рынка.  


Как маркетолог стал исследователем кофе: путь Романа Труфанова в обжарку

Александр Дяченко: С вами Александр Дяченко, бренд-маркетолог, контент-продюсер и автор подкаста «Маркетинг и реальность». Запись нестандартная: бюджет — чашка кофе и большой энтузиазм. Говорим о кофе — о тех, кто его производит, и о тех, кто его продаёт.  

Мы записываемся на улице у Booker Coffee (Краснодар) — в странную погоду, но о том, что греет сердца. Романа вы уже видели в одном из прошлых эпизодов: он прислал мне кофе на распаковку, а накануне ребята приехали к нам из Тулы и делали каппинг на второй точке Booker, где моим фаворитом стал «Утренний Негрони» с очень цветочным вкусом.  

Роман Труфанов: Я маркетолог BERNIN, с первых дней работаю в компании.

С основателем цеха Ильёй мы давно знакомы, причём дружески. Он знал, что я занимаюсь маркетингом, работал в агентствах, а он параллельно всё время занимался кофе: работал бариста, потом заинтересовался обжаркой. Вчера он на лекции много рассказывал, как покупал свой первый ростер, как тот дымил и горел. Я всё время наблюдал, как он развивается в этой отрасли, наращивает мощности и команду. BERNIN — уже не первый его обжарочный проект.

А однажды просто совпало: Илья запускал новый проект с нуля, а я был свободнее по времени. Он пригласил меня погрузиться в отрасль. Правильнее сказать, что я из потребителя перешёл в исследователя кофе. Помню, взял целый месяц: читал, смотрел рынок, делал самый базовый аудит конкурентов. И уже после этой исследовательской работы согласился на потрясающее предложение.

Вот уже два года мы существуем, и я до сих пор этот продукт познаю: он действительно многогранный, интересный, сходу его не возьмёшь. И я расту вместе с командой — не только в маркетинге, но и в продукции.

Бёрнин, BERNIN, BЁRNIN: зачем бренду буква «ё»

Александр Дяченко: Зачем вы себе сделали костыль в виде «ё», которую трудно найти в поисковиках?

Роман Труфанов: На старте было несколько названий: одно из них, «Цеховщина», я ношу на рубашке. А айдентику «Бёрнина» нам нарисовали два дизайнера из Тулы: сине-оранжевый логотип с горящими очками. Мы увидели — и нам понравилось.  

Я понимал, что начнутся споры не только внутри команды, но и с роботами индексации Яндекса. Но эмоциональное взяло вверх. Буква «ё» выбивается из общих правил — мы и в идеологии бренда немножко хулиганим. Логотип с горящими очками и безумием настолько совпал с людьми на старте, что это очень большой матч.

При этом с SEO ничего страшного: люди ищут «бернин», «burning», «burning coffee» — всё индексируется, помогают поведенческие факторы. Проблемы были только первые три месяца.

Славный парень и Шут против экспертов в белых халатах

Александр Дяченко: В российской обжарке много профессионального позиционирования. А у вас на упаковке чуть ли не стихи. Кто это придумывает?

Роман Труфанов: Дизайнеры в логобуке задали тон — отсылки к эпохе революции и площадным выступлениям. Дальше мы смотрели на рынок: вся культура спешелти (specialty) делает большую ставку на экспертизу. И она у нас есть: Илья судит чемпионаты, это его третий обжарочный проект, а наш обжарщик Серёжа Егоров может два с половиной часа рассказывать про зерно.

Но мы решили пойти по пути Славного малого и немного Шута.

Если в комнате сидит десять экспертов, зачем приводить одиннадцатого? Кто-то должен зайти и разрядить обстановку.

Роман Труфанов
маркетолог обжарочного цеха BERNIN

Так родились такие лоты как «Сирены клубники», «Колумбия Панкратов тёмный»… и целый принцип нейминга. Вчера у нас была Кения с лактобактериями: всё шло в молочную сторону и нам пришло в голову название «Весёлый фермер». Дальше по всем канонам спешелти: история фермера, рассказ про ферму. Но игра на ассоциациях и юморе рождает сторителлинг: человек за стойкой спрашивает «почему Весёлый фермер?», кто-то улыбается — и диалог начинается очень легко.

А когда сыплешь терминами — это белый шум. Мы контекст облегчили: человеку легче сформировать ожидания от кофе и считать настроение бренда. А дальше он сам погружается в спешелти — мы с ним не спорим.

Как дизайн упаковки повлиял на узнаваемость и создал дискуссию о бренде в индустрии

Александр Дяченко: Насколько сильно бренд повлиял на развитие бизнеса? Что играет больше роль — продукт или его упаковка?

Роман Труфанов: Называться брендом сейчас громко, так как мы существуем всего два года. Города присутствия: Тула, много в Питере, Калуга (любимая кофейня «Кофейник Петя и Волк»), Воронеж, Рязань, Ростов, Краснодар, немного Москвы.

Большой буст дала упаковка: в первый же год мы взяли второе место на конкурсе «Упаковка года» — конкурировали с работой упаковки Tasty Coffee от студии Артемия Лебедева.

Самое ценное во втором месте то, что получилась дискуссия. С блогерами и СМИ мнения разделились, сравнивали нас с Tasty Coffee. На премии Михаил Шаров сказал: «Я был уверен, что вы возьмёте первое место». Мы обменялись рукопожатиями и поздравили друг друга. Обычно премия прошла и прошла, а тут — громкий инфоповод, нам понравилось.

Про факап с упаковкой, который стал хайпом

Александр Дяченко: Расскажи про факап.

Роман Труфанов: Мы недозаказали килограммовую упаковку, а оставить кофейню без зерна нельзя. Принялись креативить: взяли стоковую белую упаковку, облепили стикерами «упаковка не прогрузилась, идёт загрузка» и добавили знаменитого мифического динозаврика, который прыгает, пока идёт загрузка страницы браузера. Отгрузили в кофейни и переживаем: «Господи, ну как — зерно уехало в безбрендированной упаковке, сейчас в нас полетит». И в итоге один из наших партнёров, Виталий Сердунич, звонит и говорит: «Гостям очень понравилась эта упаковка. Давайте вы вообще будете всегда так отгружать!».

Идея, вокруг которой собрались немного безумные люди. Про драйверы роста на старте

Александр Дяченко: Какие шаги стали драйвером на старте?

Роман Труфанов: Упаковка была придумана ещё до того, как купили ростер. Идея возникла впереди — и вокруг неё собрались немного безумные люди, которые в неё поверили. У нас на дне упаковки написано «Вижу огонь в твоих глазах» — это и есть наша история. Мы её увидели, влюбились, и тут подключились наши архетипы — Славного малого и Шута.

Мы на старте сделали большой упор не на продукт, не на уникальное торговое предложение и акции, а начали веселиться. В хорошем смысле. При этом соблюдали все грани и пропорции: маркетинг оставался маркетингом, клиентский сервис — клиентским сервисом. Все эти шутки всегда живут в медиа, но никогда не касаются качества продукта.

Люди начали хорошо считывать эту клиентоориентированность и лёгкость в коммуникации довольно быстро. И мы стали находить именно своих людей — и идеальных гостей, и идеальных партнёров-кофейни: у них стал появляться ярко выраженный портрет.

А дальше — фестивали. Для кофейной обжарки я ставлю фестивали на первое место: это самое важное, что должны делать обжарщики, и на них продолжать транслировать своё настроение и идеологию. Мы оказались в эпохе, когда рекламных инструментов не так много, — так что решили, что сначала создадим свой внутренний лор, все эти смыслы, и будем его транслировать.

У меня команда собрана так, что каждый в ней размышляет как маркетолог: нет такого, что я всё на себе тащу по должности. Все включены, все генерируют идеи, все понимают настроение и транслируют его везде. Я считаю, это самый рабочий механизм, который сложился.

Спешелти против американо за 100 рублей

Александр Дяченко: Был у меня старый выпуск с маркетологом Димой Мо про открытие кофейни— и один из выводов: многим людям specialty не нужен, им нужен американо за 100 рублей, на самом прожжённом кофе. Кто на этом рынке ваши?

Роман Труфанов: Снобизма у нас нет — я этих людей очень понимаю, всем надо зарабатывать. Самый продаваемый кофе — в «Пятёрочке», я и сам периодически пью. Кстати, внутри индустрии уже говорят, что и само понятие «спешелти» потихоньку уходит.

Вокруг нас сформировался портфель кофеен, и это люди, которые в хорошем смысле немного безумцы. Им должно это нравиться: не «подешевле купил, подороже продал, закрыл ипотеку», а общение с гостями, дизайн кофейни, ранжирование обжарщиков, каппинги, выставки, чемпионаты. Это не вопрос выживаемости — это образ жизни.

Большая часть нашего портфеля за два года — сарафанное радио. Первое, что партнёр видит, — упаковку. Берут на пробу, мы высылаем, общаемся тесно. Они понимают наш обжарочный почерк и считывают настроение. Вот так мы попали в Booker: через кофейню в Ростове — увидели, обменялись контактами, и любовь случилась быстро. Мы немного безумные, они немного безумные — на этом фоне отношения строить легко.

Александр Дяченко: Совпадение прикольное: ты мне прислал пачку, я выпил — и подсел. А потом открывается Booker Coffee, я живу тут рядышком, захожу — и вижу вас. Вы очень быстро сюда зашли, и сарафанка действительно работает.  

Про каналы сбыта кофе и отзывы покупателей

Александр Дяченко: Ситуация с маркетплейсами тяжёлая: огромные комиссии, штрафы, логистика. Какое у вас соотношение продаж? Развиваете свой сайт?

Роман Труфанов: Наш фокус держится преимущественно на опте, но и розницу мы активно развиваем. У нас с первого дня работает собственный интернет-магазин shop-bernin.ru и мы активно продаём на Ozon.

Несмотря на большие комиссии, Ozon — это платформа, на которой люди нас узнают: через неё проходит 80% розничных заказов. Стыдиться нечего: для новичка это возможность, что зерно увидят, закажут и оставят отзыв. Я тревожный человек, ждал работы с негативом — а рейтинг держится, и отзывы приятные.

В 2027 году планируем личный кабинет BERNIN, собственную систему лояльности и новые способы доставки — сейчас есть СДЭК и Яндекс, добавим в первую очередь 5Post.

Александр Дяченко: Ваши покупатели — эстеты, любят эксперименты, возможно отсюда и такие хорошие отзывы?

Роман Труфанов: Да, но главное — качество. Это большая заслуга обжарщика: Серёжа с маниакальной точностью тратит на это время и силы. Какой бы брендинг ни был, конечный продукт должен быть доведён до ума. Мы быстро сформулировали, чем отличаемся и чего хотим от кофе. Мы гордимся нашим продуктом и уверены в каждой чашке.

Стиль обжарки: «Мы просто пожарили так, как нам понравилось»

Александр Дяченко: Продолжаем наш холодный подкаст с горячим кофе BERNIN. Илья, представься.

Илья Суковатый: Меня зовут Илья, я основал обжарочный цех BЁRNIN и продолжаю его развивать, чтобы радовать вас вкусным кофейком.

Александр Дяченко: Я влюбился в ваш кофе по двум составляющим: упаковка и вкус. В чём секрет обжарки?

Илья Суковатый: Если не кривя душой: мы просто пожарили так, как нам понравилось. Это весь секрет. Мы не подбирали кофе под аудиторию и обжарку под кофе. Колоссальная работа, куча дегустаций — и мы вывели свой стиль.

Стиль — это не то, когда что-то выбираешь, а когда ты отрезаешь что-то ненужное!

Илья Суковатый
основатель обжарочного кофейного цеха BЁRNIN

И вот это формировало нас как обжарку с таким вкусом. Основной секрет: то, как нам нравится, — то мы и получаем в чашке.

Александр Дяченко: Откуда зерно?

Илья Суковатый: Со всех уголков света: весь кофейный пояс — Америка, Азия, никуда без Африки. Где вкусный урожай, там привозим, а самые «алмазы» добавляем в ассортимент. Отбор поставщиков — на мне. В профессии есть термин кофехантинг, он пришёл из вина и чая: кофехантеры выезжают в регионы произрастания и находят интересное. Я сначала заказываю образцы — порядка 20–30, проводим дегустацию, выбираем под ассортимент — и уже после этого делаем заказ.

Три кита BERNIN: просвещение, экспертиза и панк-рок

Александр Дяченко: Что подняло вас на текущий уровень?

Илья Суковатый: Три больших кита успеха BЁRNIN: просвещение, экспертиза и панк-рок. Мы никогда не останавливаемся в обучении — рынок меняется с колоссальной скоростью, и наша гибкость позволяет быть в тренде даже на микроразмерах бизнеса. Мы не вакуумируемся в знаниях: выезжаем, разговариваем, делимся опытом — открытость сохраняет гибкость ума. А чтобы не затухнуть, мы немножечко рок-н-роллим: это видно в ассортименте, в посыле, в том, как ведём себя на выставках. Это действительно мы — искренние и в продукте, и в общении.

«Читерский» кофе: ассортимент, который прощает ошибки

Александр Дяченко: Не проблема ли для продаж, что покупатель неверно заварит ваше зерно?

Илья Суковатый: Не проблема, а нюанс. У нас ассортимент, который прощает много ошибок. Местами это читерский кофе: спектр вкуса такой широкий, что как ни заваривай — получишь результат. Яркий кофе будет ярким в любом случае. Хочешь сложный — умеешь работать с рецептом, жонглируй им и получай спектр вкусов, которого с другим зерном не добьёшься. При этом у нас есть и крепкий регуляр: заваривай в кофемашине без рецепта, с молоком — будешь доволен. Универсальность и правильно подобранный ассортимент — не проблема.

Александр Дяченко: За универсальность я согласен: когда пробовал ваши особенно яркие анаэробные вкусы, они достаточно выраженные, чтобы ошибиться было сложно.

Как заварить фильтр-кофе дома: пропорции и «кастрюлинг»

Александр Дяченко: Как правильно заварить фильтр-кофе в домашних условиях, без супер-девайсов? Помол, вода, температура, скорость пролива и само зерно?

Илья Суковатый: Сначала ремарка, которая всё объясняет: вкус — это не точка, а диапазон. Ключевой показатель рецепта — как нравится вам. Хочешь добавить молока, сиропчик или сахара — это и есть то, к чему надо стремиться.

Базовые ориентиры для фильтра:

  • Золотая пропорция — 60 граммов помола на литр воды.

  • Фильтр-помол — как «крупный сахар» (у каждой кофемолки свой, но ориентир такой).

  • Воронка 300 мл — примерно 15–18 граммов кофе. Плюс-минус — и кофе в любом случае заварится.

А есть совсем колхозный способ, который, кажется, придумали в России: кастрюлинг. Есть каппинг — а есть кастрюлинг: пропорции как для френч-пресса, крупный помол, кастрюля, две минутки подогрева — и через марлю в чашку.

Александр Дяченко: Извращение какое-то!

Илья Суковатый: В полевых условиях: у тебя есть молотый кофе — что делать? Кофе-то хочется.

Хобби, бизнес или моё дело? Планы на будущее

Александр Дяченко: Для тебя это бизнес или хобби?

Илья Суковатый: Это не тот термин. Это моё дело: работа с кофе, работа с огнём. Я сам придумал себе профессию, сам придумал себе дело, собрал единомышленников — это уже командное дело. По бизнесу у меня много ошибок — есть куча моментов, где «как в бизнесе» мы не делаем. А хобби, которым занимаешься профессионально, перерастает в компетенцию и профессию. Так что ни то, ни другое — подходящего термина нет.

Александр Дяченко: Планы на расширение?

Илья Суковатый: Мне нравится дух стартапа. В мегакорпорацию не метим: это останется микропроизводством. Конкретные цифры — 20–30 тонн: как крепкая московская обжарка, но для мировых заводов мы юные предприниматели. Мне комфортно: не раздутая команда, где всех знаю, выстроенное производство и сохранённая гибкость. Ну и панк-рок, который мы всегда можем оставить при себе.

Booker Coffee: кофейня-библиотека и культурное комьюнити

Александр Дяченко: Маргарита, привет! Представься и расскажи про Booker.

Маргарита Чиндяскина: Я управляющая и сооснователь проекта Booker Coffee. Мы называем себя именно проектом: сеть — это больше двух точек, а у нас их две. Мы планируем расти, но очень хотим не терять того самого, что делает Booker — Booker: бескомпромиссности и углублённого подхода. «Сервис и атмосфера».

Наша концепция — не в продукте, а в культурно-атмосферном направлении. Мы кофейная библиотека, читальный зал по направлению «культура, искусство, дизайн». На первой локации большой второй зал с книгами — и это книги, которые люди на самом деле читают: ради них к нам приезжают из разных районов города. Эта библиотека — база, на которую органично наслаиваются другие части концепции:

  • Спикинг-клуб со своим модератором Дашей — раз в неделю, иногда два: по общим темам и по кино. Много литературы по искусству выходит на английском, и нам был важен именно свой клуб, а не чужие брони столиков.

  • Лекции по авторскому кино почти каждую среду, с киноведом и журналистом Кирой Кац, которая недавно стала автором книги. По средам рассказываем про Вуди Аллена, Джармуша и так далее.

  • Книжный клуб с той же Кирой как модератором: она тщательно подбирает литературу, даёт рекомендации и дополняет впечатления. Это книжный клуб с комментариями — тоже образовался очень органично.

Александр Дяченко: Вы давно не просто кофейня — вы культурное комьюнити. Будет франшиза?

Маргарита Чиндяскина: Это сложный концепт, чтобы упаковать его для передачи. Нам нужно самостоятельно вырасти и собрать всю систему: всё организовывалось интуитивно, от интереса команды. Есть классная фраза известного мецената: «Жизнь не имеет смысла — мы сами делаем её интересной». Мы в первую очередь делали для себя, а дальше это откликается гостям и работает как социальный фильтр. Мы гордимся, что у нас часто происходят знакомства, которые перерастают в отношения: люди собираются по общим ценностям.

Александр Дяченко: Только что ребята из BERNIN говорили то же самое — всё идёт от души!

Теннис, выставки и кофе: как части концепции держатся вместе

Александр Дяченко: Какое место кофе во всём этом занимает?

Маргарита Чиндяскина: Ещё два направления: клуб большого тенниса — три года, три раза в неделю тренировки в тёплое время года; и выставки современных краснодарских и российских художников во втором зале. Например, была выставка Ульяны Пучеглазовой — она приезжала, мы проводили артист-толк.

База — библиотека, которая задаёт направление, дальше всё наслаивается органично. У нас есть маркетолог, с которым мы «хикаем»: ни разу не было такого, что мы думаем «а что бы придумать?» — оно происходит само, мы не успеваем реализовывать.

И любопытная закономерность: гость, который интересуется авторским кино, скорее всего, захочет снова учить английский, почитает непростую художественную литературу, ему интересны современное искусство и теннис — на мой субъективный взгляд самый эстетичный и интеллектуальный вид спорта. У гостей есть шутка: если ходить на все наши мероприятия, можно закрыть потребность в культурной жизни.

Александр Дяченко: А кофе?

Маргарита Чиндяскина: Портрет нашего гостя — человек, которому важны качество и история. И тут связывается подход к продукту: на эспрессо у нас два зерна, а в целом подход — про бескомпромиссность. Если что-то получается не так, мы переделываем. Это не история про поток и базовый продукт: мы всё время в поиске нового и лучшего. Собственный интерес откликается гостям — и мы вместе расширяем гастрономический опыт.

Знакомство с BERNIN: заявка в 23:55 и тон, который делает бренд «своим»

Александр Дяченко: Как вы познакомились с BERNIN?

Маргарита Чиндяскина: Их кофе стоял на полках в ростовской кофейне. По нашей концепции на фильтре разные обжарщики, но BERNIN появляется чаще — это большая любовь. Продукт понравился изначально: ярко, интересно, очень чистый, сочный вкус. Фильтр от ребят закончился очень быстро — и мы начали искать контакты.

А дальше был забавный момент. Я иногда работаю по ночам и делаю отложенные сообщения в Telegram — случайно нажала не туда, и в 23:55 оформила заявку. В 23:57 мне отвечает Григорий. Я пишу: «Не спите?» Он в ответ смайлик: «Вы тоже не спите, что, работаете?» Посмеялись — и вот этот коннект: мы, видимо, одинаково любим и много работаем.

Контакты из работы переходили в тёплый формат: близкие ребята не только по подходу к продукту, но и по ценностям и представлениям о том, как работать и жить. И очень откликнулись маркетинг и tone of voice ребят. Я постоянно о них рассказываю и цитирую разделы их сайта. Мой любимый — «Контроль качества»: «Этот раздел мы подсмотрели в статьях про маркетинг — мы знаем, что вы такое любите. Конечно, мы всё контролируем: чтобы, не упаси Господь, кто-нибудь накосячил, и вы нас не засудили».

Это очень тонкая грань заигрывания: стать ближе и понятнее — и при этом сохранить уровень профессиональности в глазах аудитории.

Александр Дяченко: Как говорит Роман — сочетание архетипов: Свой парень и Шут: быть своими, немножко чудить и кайфовать от жизни.

Перегретый кофейный рынок: как Booker живёт среди сотен конкурентов

Александр Дяченко: Что насчёт конкуренции? Краснодар суперконкурентный: есть здание, где рядом четыре кофейни. Рынок перегрет — как вы себя чувствуете?

Маргарита Чиндяскина: Отлично. Это значит, что людям интересен кофе. Дальше мы формируем свой психотип и архетип, чётко следуем позиционированию — и приходят свои гости, формируется комьюнити. Всё то же самое, что у обжарщиков: Роман вчера рассказывал, что в России около 800 обжарщиков — рынок тоже перегретый. Но мы часто ставим именно BERNIN, потому что сходимся в отношении к продукту и к жизни.

Это супер-важно сейчас, когда хочется быть в кругу своих: ты создаёшь себе социальный пузырь и в нём живёшь — так теплее, безопаснее и интереснее.

Невозможно нравиться всем, но если быть искренним в том, что делаешь, — ты найдёшь своих!

Маргарита Чиндяскина
основатель и управляющая городского культурного пространства Booker Coffee (Краснодар)

Присоединяйтесь к нашему Telegram-каналу подкаста «Маркетинг и реальность», чтобы не пропускать анонсы новых эпизодов, дополнительный материал от автора и всё то, что не успевает попасть в основные выпуски. А для получения уведомлений о новых эпизодах — подпишитесь на подкаст на платформе Mave Stream.

По вопросам рекламы, участия, спонсорства и нативных интеграций в бренд-медиа и подкаст «Маркетинг и реальность» — pr@marketing.audio

Подкаст «Маркетинг и реальность»
Образовательный подкаст про маркетинг, бренд-позиционирование и PR, где эксперты-практики и представители брендов рассказывают о том, как выжить и масштабировать бизнес на рекламном рынке.

Другие статьи